Интервью с Самухиной Неониллой

— Неонилла Самухина — это псевдоним или ваше настоящее имя?
— Иногда думают, что это название фирмы, но это настоящее имя. «Неонилла» в переводе с греческого означает «новая» и «неискушимая». Пишется оно по святцам: с удвоением буквы «л», то есть в этом имени заложена двойная Любовь.

— Считаете ли Вы, что имя может влиять на характер и судьбу человека?
— Безусловно! А такое имя — особая ответственность, с ним ведь не скроешься — Неонилл слишком мало на свете. Упорство и перфекционизм Неонилл — это два бича, заставляющих меня стремиться к наилучшему результату даже в малом и никогда не чувствовать себя полностью удовлетворенной. Это нелегко, и я понимаю, что не только мне, но и окружающим. Но как учил мой дедушка, много давший мне в понимании жизни: «Чем выше размерность задачи, тем больше остается в осадке, чем круче ставишь цели — тем большего достигнешь! Будешь ограничиваться малым — всю жизнь провозишься в мелочах, а возьмешься за серьезную задачу, мелочи будут исполняться по ходу дела». И кроме того моя судьба не воспринимается мною как нечто только личное, еще в юности я посчитала: чтобы на свете появилась я, потребовались усилия пяти миллиардов моих предков. Разве можно позволить себе попусту прожигать жизнь, зная, что ты стоишь «на плечах» целого человечества?

— Строка из описания Вашего имени: «Неонилла к карьере не стремится и редко работает по специальности, выбирает профессию, обеспечивающую материальное благополучие». Приходилось ли Вам менять работу, и чем Вы сейчас зарабатываете на жизнь?
— Жизнь так сложилась, что я занималась только тем, что мне нравилось. Правда у меня есть счастливое свойство характера — я способна полюбить то, чем занимаюсь, поскольку мне удается найти хорошее во всем. В этом смысле я мастер поиска мотивации. Окончив кафедру истории и философии религии философского факультета ЛГУ, я распределилась в НИЦ «Хронограф» на должность главного специалиста-координатора по вопросам религии и церкви. И именно здесь я ступила на стезю, по которой иду до сих пор, став издателем, писателем, а ныне еще и книгопродавцем. Однако исследовательские интересы тоже никуда не делись — в 2004 г. я создала и возглавила в Санкт-Петербурге Институт соитологии, занимающийся исследованием культурологических аспектов сексуальности и демографии и изданием книг на эту тему. Моя нынешняя научная работа посвящена теме религиозного регулирования сексуального поведения человека. И, кроме того, сейчас я возглавляю еще и компанию «Книжный Клуб 36.6 — Северо-Запад», в ассортименте которой представлены книги более двухсот издательств. То есть вся моя профессиональная жизнь так или иначе была связана с Книгой.

— «Неониллы обладают хорошей биоэнергетикой, верят в мистику, потусторонние миры». Ваше отношение к религии и эзотерике?
— Это правда — я восхищаюсь созданным миром и его тайнами, верю и знаю, что он гораздо шире, чем то, что мы видим глазами. У нас в семье у многих женщин были особые способности, часть из которых передалась и моим детям. А отношение к религии у меня совершенно объективное. Это то, что и объединяет людей, и разъединяет их. Каждый сам выбирает, что для него религия, ведь для одних вера — это путь выживания и духовного совершенствования, для других — путы и мракобесие. Не люблю фанатиков и ханжей, прикрывающих религиозностью собственные пороки и неумение прощать и любить. Знаю одно: Бог един, и убивать друг друга только из-за разницы способов поклонения Ему — это безумие. И еще: на Земле святых нет — они все на Небесах, поэтому, пока мы здесь, нужно просто жить и давать жить другим.

 — Продолжим: «любит комфорт и уют, может полностью посвятить себя семье и воспитанию детей». Прокомментируете?
— Очень люблю комфорт и уют, но стать только домохозяйкой вряд ли смогла бы. Для меня очень важны люди и общение с ними. Более того, всех окружающих меня — близких, родственников, друзей, знакомых, соседей, сослуживцев — воспринимаю как некий расширенный круг семьи, в которой живу. И люблю тех, с кем общаюсь или работаю, но если любить кого-то не получается, то просто отхожу в сторону или вообще удаляю этого человека из круга своего общения.

— Вы много читаете? Есть ли любимые авторы?
— Читаю много, начиная с четырех лет. Научилась этому, сидя под боком у дедушки, который читал мне вслух, водя пальцем по строчкам — мы так и не поняли с ним, как это произошло — буквы мы с ним не учили, я просто стала читать… и все. А когда мне в шесть лет подарили «Букварь», дедушка сказал: «Прочтешь один раз — станешь рабочим, прочтешь три раза — станешь врачом или инженером, прочтешь семь раз — станешь учителем». Я же прочла «Букварь» за год… раз сорок, выучив его практически наизусть. Дедушка тогда развел руками и сказал: «Ну, теперь даже и не знаю, кем ты станешь…» Мы с ним, конечно, не могли и предположить, что в 1990 году я окончу философский факультет с красным дипломом (а философ — это, по-сути, профессиональный читатель) и что я не только буду писать книги сама, но и стану профессиональным издателем и книгопродавцем. Кстати, в сентябре этого года я отмечаю свое издательское совершеннолетие — 21 год назад я издала свою первую книгу. Моя работа позволяет мне читать в неограниченном количестве — как издатель я получаю большое количество рукописей, как книгореализатор я имею в своем распоряжении более двадцати пяти тысяч книг. Читаю быстро — книгу в 500 страниц прочитываю за 4–5 часов, и то, что мне нравится, приобретаю для личной библиотеки, которая, благодаря нескольким поколениям книгочеев в моей семье, насчитывает уже более десятка тысяч томов. У меня нет предпочтений по жанрам, скорее для меня важно качество литературы. Обожаю книги Стефана Цвейга, Жоржи Амаду, Эриха Марии Ремарка, Артуро Переса-Реверте, Харуки Мураками, Марио Варгаса Льоса. Очень люблю фантастику Сергея Алексеева и Сергея Лукьяненко, романы о любви Франсуазы Саган и Игоря Куберского, добрую прозу Фэнни Флег и бесподобные книги Бориса Акунина. Но самое неизгладимое впечатление на меня произвели романы Эдуарда Тополя «Русская дива» и Грегори Дэвида Робертса «Шантарам» — это лучшее из художественной прозы, что я читала за последние двадцать лет.